| (no subject) |
[Feb. 1st, 2012|11:49 pm] |
у меня очень поздний ужин - 2 гренки с малиной, вино и свечки.
***
Спи. Если это и есть твоё самое сокровенное, самое искреннее, - значит самое верное…
Спи. Я не буду мешать, не стану будить. Моя тише в колонках, твои громче удары под кожей, под рёбрами, волнами, засыпательно-сладкими судорогами, тихими стонами, томными вздохами.
Спи. Мне же даже не нужно смотреть, мне достаточно было запомнить твои вечно приподнятые рта уголки, твои вечно расширенные зрачки, ссадины на руках, много нового о себе в стихах, новый смысл во вседневных буквах, новый смысл в избитых словах.
Спи. Я под вытяжкой, спрятавшей дым твоих сигарет, верхний свет и не принятый слишком серьёзный совет в разговоре смотреть мне в глаза; вот бы эта же вытяжка как-то смогла уничтожить как дым все те страхи, сомнения, глупые отговорки, осколки моих сообщений, которые больно, должно быть, впились в подкорку, советы друзей, миллионы идей, а главное память. Да, память.
Спи. Если это действительно то, к чему ты всем сердцем стремишься, чего ждешь, а когда в сотый раз не случится, разозлишься и счешешь кулак об ещё одно зеркало, ясное дело, чтобы тело болело, а душе чтоб ни жарко, ни холодно, всё равно… Вот тогда-то я стану дозорным, таким, который предупреждает Морфея, что надо обнять тебя ещё сильнее, чтобы даже Амур не нарушил твой сон. Моих крыльев хватит на тысячи суток, на сотни маршруток, на все городские квартиры, чтоб накрыть тебя и, исполнив желанье, самой раствориться, осознавая, что я могу сделать самое ценное – дать тебе сон, воплотить сокровенное.
|
|
|